Енисейский Ферросплавный: «Быть или не быть»…

На вопросы отвечает Александр Сысолятин, директор управления проектом по строительству Енисейского Завода Ферросплавов.

 

 - Какую деятельность компания «ЧЕК-СУ.ВК» ведет на территории бывшего экскаваторного  завода?

- Если говорить о финансово-хозяйственной деятельности, то она ведется в объеме эксплуатации приобретенных объектов внешней электроэнергетики. Сделан проект реконструкции, получивший положительное заключение ФАУ «Главгосэкспертиза» и все. Никаких работ в настоящее время не проводится. Что касается непосредственно компании «ЧЕК-СУ.ВК», то штатная численность персонала на предприятии сокращена до минимального – работает только 10 человек.

Ведется ряд судебных разбирательств, которые находятся на разных стадиях рассмотрения. Основное дело будет рассматриваться судом кассационной инстанции в Иркутске, очередное заседание намечено на 14 марта 2013 года. По результатам решения суда мы будем определять дальнейшую тактику…

Особо отмечу, что если основным кредитором будет озвучено мнение об изменении формата проекта, то соответственно будем готовить новую экономическую модель и рассматривать другие возможности.

На сегодняшний день пока мы остаемся на площадке и занимаемся судебными делами.

- Получается, что 14 марта решается судьба строительства ЕФЗ.

- Да, заседание суда и его решение 14 марта – это развилка.

Мы никогда не утверждали, что пришли, как завоеватели. Проект реализуется в рамках федерального и регионального законодательства. Но при этом региональное законодательство оказалось очень гибким и вариативным на потребу дня. Поэтому за ним не успеваешь. Проект последовательно продвигался, председателем Заксобрания А.В. Уссом был предложен нормальный механизм, чтобы дать объективную оценку решениям нашего проекта. В последствие конечно стало очевидно, что никто не собирался ничего оценивать. Это был популистский шаг.

Так, когда шла речь о рабочей группе, в которую вошли депутаты Законодательного собрания, члены протестного движения, то для участия в этом мероприятия мы были приглашены косвенно. Прошло несколько заседаний этой группы и ее члены высказались, что материалы должно посмотреть экспертное сообщество. На одно из заседаний было приглашены эксперты, но Карданец и Стефанишина открыто выступили против того, чтобы эти специалисты даже контактировали с представителями ЗАО «ЧЕК-СУ.ВК».

Мы разработали и официально передали в рабочую группу программу проведения мероприятий по реабилитации нашего проекта в глазах общественности. Мы были готовы встречаться, объяснять, проводить круглые столы с экспертами и жителями, получили согласие на проведение пресс-тура для журналистов на действующие европейские предприятия. Есть красноярские металлурги и инженеры, которые способны оценить степень опасности завода...

Краевая администрация уверяла, что протестная волна пойдет на спад, и после выборов в Законодательное Собрание «ситуация утилизируется». Неожиданно в начале 2012 года губернатор расторг трёхстороннее соглашение, уведомив только нас. Еще одна сторона соглашения – Внешэкономбанк – такого уведомления не получил. При этом существует определенный и согласованный порядок расторжения подобных соглашений. Председатель Заксобрания А.В. Усс, воспользовавшись тем, что губернатор якобы сказал проекту - нет, свернул деятельность рабочей группы, продекларировав, что в ее работе нет смысла.

В январе 2012 года стало очевидно, что краевая администрация последовательно проводит недружеские шаги, следуя ранее выработанной стратегии. Противодействует компании, методично включая задним числом ограничения для реализации проекта, искусственно поддерживает и нагнетает конфликтную ситуацию.

Наступило тяжелое прозрение. Мы окончательно осознали, что проводятся не спонтанные «общественные» выступления, а заранее спланированные акции. Против нас включили весь административный ресурс. Неспроста с трибуны Законодательного собрания спикером А.В. Уссом было озвучено предупреждение: «…у краевой власти найдется достаточно рычагов для того, чтобы затормозить этот проект», а кулуарно шептали – «молчите, ситуация утилизируется».

 - С какого момента стало понятно, что PR проекта нужно было вести на другом уровне, и что политические риски оказались слишком высокими?

- Понимание наступило практически сразу, когда зародилось протестное движение, все приглашенные эксперты, удивлялись столь быстрому и мощному развитию протестного движения... Председатель Совета директоров ЗАО «ЧЕК-СУ.ВК» сразу начал консультации с руководством Красноярского края, и трёхстороннее соглашение подразумевало, что администрация будет оказывать содействие. В ответ получаем – молчите.

Тезис, что администрация обиделась на то, что мы подали в суд, не выдерживает критики. Есть процессуальные сроки, которые мы не можем пропустить не при каких обстоятельствах. Деньги заемные и если инвестор  пропускает процессуальные сроки, то значит, что он за эти кредитные деньги не сражался.

Насчет оценки или переоценки этих рисков. Такие политические риски практически не прогнозируются. Здесь мы полностью доверились стороне соглашения. Однако, как потом справедливо написал Карданец: «Власть повернулась как флюгер». От страха. Вот здесь это и произошло.

- Вы верите в теорию заговора? Может это был заказ?

- Я общался со многими людьми. Они приходят к нам, намекают, что мы можем решить вопрос. Однако никто не может ответить на вопрос, кто инициатор.

Надо осознать, что случился сильнейший синергетический эффект: электоральный цикл, социальный протест и другие многочисленные факторы слились воедино. Кроме того на этой теме решили получить свои дивиденды все партии, чиновники различных уровней. Огромное количество людей сделало вывод на основе мнения элиты.

- Откуда появились тезисы про «100 км опасности» и «детей-даунов», которые начнут рождаться после начала работы ЕФЗ?

- Это абсолютно правильно просчитанная PR-акция. Зацепили и закрепили три основных страха человека: болезнь детей, бесплодие людей, отравленная среда обитания.

При этом после проверки проектной документации Роспотребнадзор заявил, что завод вообще никакого влияния не оказывает и объективных факторов, подтверждающих влияние завода на заболеваемость, не обнаружил.

- В Красноярске есть группы влияния – алюминиевая и никелевая. Это депутаты, СМИ, эксперты. Собираетесь ли вы как-либо влиять на общественные процессы. Какими будут ваши дальнейшие действия?

- Если мы останемся на этой площадке, то будем выступать за объективное освещение сложившейся ситуации и подачу корректной и всесторонней информации о проекте.

Этого  в Красноярске хотят не все, объективную экологическую картину видеть никто не хочет. По извращенной логике лидеров протестного движения, лучше и проще бороться с несуществующим предприятием. Если провести объективный мониторинг и обследование всей территории Красноярской агломерации, то будут определены основные эмитенты выбросов, объемы, и будут указаны несоответствия на нормы ПДК.

Мы знаем уровень проработанности нашего проекта и готовы на экологические экспертизы. Даже на международном уровне.

Беседовал Евгений Пантелейкин

 


Цены на сырьевые товары от Investing.com Россия.<

Дополнительная информация